- _ ~ ! @ # $ & * ( ) + ? = . , ; : < > [
Ничего здесь не написано.
Выхожу из двора на дорогу, по которой обычно ходят люди, но изредка всё же проезжают машины. И слышу голос, вещающий что-то по рации. Я этот голос слышу с первого дня, как здесь поселилась, и всегда думала, что это менты. Типо ездят и о чём-то оповещают. Там всё на грузинском, я нэ компро па, но звук вот именно тот, который раздаётся из машин полиции и скорой.
И тут мне удалось увидеть, откуда он исходит: побитая жизнью бежевая четвёрка с кучей хлама на крыше. Я не понимаю, что говорят, но понимаю суть: водитель что-то продаёт, и таким вот образом оповещает об этом жителей. С самого утра, каждый день, уже не первую неделю, а может и вообще постоянно.
У нас так в садах делают: когда продают торф/землю/щебень. И то не громкоговорителем, а подходят к каждому участку и спрашивают лично.

И вот в этом вся Грузия: здесь можно делать, что тебе вздумается, но все делают какую-то херню. Здесь очень шумно, грязно, здесь повсюду трущобы и бедность.

Здесь недавно проходили выборы, но я понятия не имею, кто был президентов до этого, кто президент сейчас, вообще плевать.
По поводу выборов видела грустный и забавный эпизод:
Выборы прошли, а на стенах всё ещё висят ряды плакатов с рожами кандидатов. По жилому району идёт бабуля с дитём в коляске. Останавливается у забора, который полностью оклеен этими плакатами, срывает определённого кандидата, рвёт плакат на четыре части, кидает на землю, топчет ногой. «Ну охуеть акт протеста, - думаю я. - Ты, бабуля, панк, конечно. А мусор ты за собой не уберёшь, да?» И она идёт дальше с коляской. А на тротуаре остаётся кучка бумаги. Кому от этого стало хорошо?

Грузия ощущается так, будто советская власть отсюда ушла, а другой никакой не появилось. Хотя местные хвалят Саакашвили, не знаю, что с ним случилось. А точно, нельзя же 18 лет подряд править одной страной... подождите...
Так, стоп, я ничего не знаю о политике, не хочу знать, и не буду лезть в это. Я не о том.

Возможно, моё ощущение от Тбилиси портится моей тревожностью. Но вообще-то мне кажется, что сам город вызывает эту тревожность. У меня к России была подобная претензия: здесь трудно ощущать себя в безопасности. Это ощущение полностью пропадало в Лондоне и в Гонконге. Потому что там ты идёшь по улице и тебе нормально. Ты знаешь, что не провалишься в люк, не запнёшься о неровность. Ты знаешь, что тебя не собьёт машина, даже если ты в наушниках. На тебя ничего не упадёт сверху. Никто не вылетит на тебя из поворота. Там всё сделано людьми и для людей, и люди ведут себя по-человечески, но при этом помня о личных границах.
Здесь вообще нет тротуаров. Они как бы есть, но идти по ним невозможно - это очень неровный набор лесенок, битого асфальта и косой кладки плиток, уставленный машинами - так что все ходят по дорогам. Нужно постоянно слушать или смотреть, не едет ли позади тебя машина. А если едет, тебе, скорей всего, придётся перейти на другую сторону, потому что по этой идти невозможно: на тротуаре припаркованы тачки вплотную к дому и друг другу. Или там дерево. Или провал входа в магазин на цокольном этаже.

Магазины... В спальных районах это, в основном, ларьки. Во многие из них я вхожу, неловко оглядываюсь и тут же выхожу. Потому что мне не хочется покупать там что-то. Потому что я видела подобное в Талице - в деревне между Екб и Тюменью. И было это с десяток лет назад. Есть нормальные супермаркеты, но встречаются они очень редко.
Эта бедность, она повсюду. Каждый пятый дом - заброшенный. Каждый второй в ужасном состояние. Я не думаю, что это от недостатка средств, я думаю, это от того, что им и так норм. Я поднимаюсь по шаткой деревянной лестнице к квартире хозяев, у который я снимаю номер, и понимаю, что для них эта лестница нормальная. Она же держится. По ней можно ходить. Кому какая разница, когда во дворе у тебя растёт виноград, гранаты и хурма.
Большая часть жилья здесь - дома. Но это не те частные дома, которые мы привыкли видеть в русской деревне. Отчасти это коттеджи, отчасти это большие дома, образующие общий двор, в которых живёт несколько семей. Куда помещается миллионное население этого города - я не понимаю. Наверное, в тех окраинах, в тех советских панельках, похожих на тюрьмы, которые я видела, когда искала квартиру для съёма.

А ещё здесь очень шумно. Здесь много собак и никто не говорит им заткнуться, когда они начинают лаять. Здесь много котов и они любят подраться, издавая дикие звуки при этом. Люди здесь любят побазарить, машины - посигналить.
Дорожное движение здесь - отдельная песня в ритме спид-панка. Есть большие дороги, а есть маленькие. На больших есть знаки, подземные пешеходные переходы, иногда даже светофоры. Они тянутся вдоль реки, из аэропорта на трассу в разные направления от города. В жилых районах дороги, в основном, маленькие и односторонние. На них нет ни знаков, ни светофоров. Иногда наляпана зебра, но всем похуй на эту зебру. Дорогу тут можно переходить хоть где, если нет машин. Если поток машин нескончаем, можно просто пробежать перед любой из них. Водитель не затормозит, потому что ты и так успеешь. Так что бежать ты будешь резво и с постоянной паникой по поводу того, что тебя размажет по капоту. Несмотря на извилистость и гористость дорог, водят здесь быстро. Брусчатка ли, лежачий ли полицейский впереди - всем похуй, дави на газ! И не забудь посигналить!
Бибиканье как способ общения стал мне понятен только недавно. Бибикать могут для того, чтобы предупредить другие машины на резком повороте (потому что понятия "главная дорога" здесь нет - знаков то нет). Могут бибикнуть, чтобы люди с дороги ушли. Могут, чтобы внимание привлечь, эй девушка, поехали со мной. Я вообще-то фотографирую тут, дядя. Серьёзно, я как-то раз остановилась на большом безлюдно перекрёстке, чтобы свериться с картой и понять, куда идти. Мне за минуту несколько предложений подвезти поступило. Некоторые просто бибикали, чтобы я посмотрела на них, и они могли мне помахать. А я не хочу никуда ехать, я не хочу никому махать. Я хочу, чтобы от меня отъебались.
Это не то место, где от вас отъебуться. Здесь все крайне общительные и предельно медленные. Любимое место, чтобы поговорить с соседкой - посреди дороги. Любимое место чтобы постоять и подумать о жизни - у входа на эскалатор в метро. Ехал по дороге и увидел знакомого - остановись, поздоровайся с ним за руку через опущенное окно. Машины позади понимающе ждут и не сигналят. Купить булочку? А может постоять пять минут у ларька, пока продавщица упаковывает эту булочку в пакет, и рассказывает тебе, что у них тоже в Москве половина родни живёт.
- Я не из Москвы, я из Екатеринбурга.
- Из России?
- Да, Урал.
- Москва?
- Екатеринбург, это на Урале, почти середина России.
- Под Москвой?
- Можно мне булочку без пакета, пожалуйста.

Только один раз охранник в тц на моё «с Урала» протянул уважительное «Ууууу», с видом, будто шарит.
Здесь нет раздельного мусора, а объём пакета с пакетами в моём номере увеличивается невероятно быстро. У меня дома такого не набралось за 1,5 года. Всё потому что в пакет здесь положат что угодно. Даже если вы пакет купите, вам его в пакет запихнут. И пока ты очухаешься на кассе и вспомнишь, что нужно сказать «пакет не нужен, спасибо», у тебя уже в отдельных пакетах лежат шоколадка и кефир.

Это была минутка ненависти, потому что я уже начала морщиться на улице от недовольства всего вокруг. Пойду куплю билет в Сербию.

@темы: Счётчик, Какого?